"ИНТУИЦИЯ". продолжение.

"…Уже исходя из одного этого, мое решение связать свою судьбу с Домиником носило отнюдь не только чувственный  характер. Я признавала то,  что это решение - продукт разума. Но, несмотря на это, наши отношения развивались довольно бурно. Мы часто виделись, и имели возможность все лучше и лучше узнавать друг друга. Как ресторатор и отельер, Доминик стабильно посещал различные московские гастрономические фестивали и конкурсы, на которые, я, будучи сомелье, уже ходила как на работу. Наши частые профессиональные пересечения давали основания полагать, что между нами много общего, но меня почему-то не покидало ощущение, что мы с Домиником – отличная, «сработанная» команда с общей целью, но никак не трепетно влюбленная пара, решившая создать совместное «дело». Я часто задавала себе вопрос – что я буду делать в Австрии? И Доминик предложил на базе одного из его ресторанов, находящемся на стадии стройки, сделать ресторан моей мечты. Дать ему мое имя и отдать в  личное владение в качестве свадебного подарка. …Имея за плечами шесть лет опыта в ресторанном бизнесе, зная его изнутри «от и до», плюс - диплом профессионального сомелье, конечно, мне не терпелось заняться данным проектом. Мои амбиции взыграли как никогда, и мысленно я уже готовилась стать хозяйкой самого невероятного, роскошного и узнаваемого «по почерку» ресторана. Поэтому настольной книгой для меня стали «Уроки ресторанного дела от Чарли Троттера», и когда мой австрийский друг засыпал раньше меня (а такое случалось частенько), я спокойно включала прикроватную лампу и погружалась в чтение. …Чарли Троттер – легенда американского ресторанного бизнеса, с оглядкой на которого работает вся ресторанная отрасль Америки, признавая, что Троттер – высший стандарт качества.

«…Он выходит за границы собственной кухни, формируя среду вокруг себя, поднимая бизнес до невиданных высот, как коммерческих, так и социальных. Он всегда на шаг впереди своих сотрудников, своих коллег, своих гостей. Он сам создает своего гостя, постоянно поднимая планку и увлекая других за собой. Его деятельность – это постоянный рост. Его репутация – это репутация всей отрасли»

- так сказал о Ч.Троттере русский ресторатор Аркадий Новиков. И прочитав эти слова, я уже не смогла отказаться от всей книги. А так как она напрямую была связана с моей текущей и будущей профессиональной деятельностью, читала я с карандашом в зубах и страстью – в сердце. Почему? Потому что каждый раз, переступая порог любого ресторана, я чувствую его пульс и вижу его душу. Иногда это «кухня», иногда это сервис, но когда душой заведения являются гости, - любой, зашедший «на огонек», то все остальные огрехи уже можно простить, если конечно они не лезут в глаза своей очевидностью. – Официант, забывший или намеренно не снявший неприлично дорогие часы;  развалившийся по всей стойке хосстес; скучающий сомелье возле столика с полупустыми бокалами; цветы  трехдневной давности; не протертые столы при наличии свободного от работы персонала – список можно продолжать бесконечно, и только человек, влюбленный в свое дело, в данном случае – в ресторан, видит это в первые три секунды. У меня этого уже не отнять, так же как и тяги к совершенству (над которой по-доброму посмеиваются мои друзья), поэтому я решила обратить свое внимание и опыт в деньги и сделать проект, достойный Троттера. Тем более – в Австрии; тем более – на базе раскрученной сети ресторанов, не требующей личных финансовых вложений.

Я грезила проектом на яву, периодически напоминая себе, что еду в Австрию выходить замуж. Мысленно набирала штат, рассеянно разглядывая подвенечные платья во всевозможных салонах. Доминик, как ни странно, мою увлеченность вовсю поддерживал, так как боялся, что я впаду в депрессию, оказавшись вдали от близких, родных и друзей. В чем-то он, безусловно, был прав, потому что перспектива оказаться в чужой стране, в которой из близких людей только муж, меня откровенно пугала. Но он недооценивал мою страсть и увлеченность ресторанным бизнесом, гастрономией и винами; он думал, что это либо карьеризм, вызванный желанием больше зарабатывать и лучше жить, либо блажь, которая пройдет ровно в тот момент, когда я «осознаю», что ресторан - не игрушка, и в нем надо пахать. А уж в собственном ресторане – дважды пахать. Я это прекрасно понимала, более чем…

…Но как я ни примеряла свое имя к фамилии, которая меня ожидала, восторга я не ощущала. Скорее тоску. Или отчаяние. И - явное раздражение. …Софи Вернье никак не хотела становиться Софи Шикльгрубер. Я успокаивала себя тем, что в Австрии сложно найти красивое звучание фамилии, если это не Гайдн, Штраус или Шуберт, но легче от этого никак не становилось. Мое сердце сжималось при отрывистых грубоватых звуках  фамилии. . …Делиться этим с Домиником я не хотела, он был слишком со мной мил, деликатен и… занят; я не была уверена, что смогла бы объяснить причину своих страхов.

Мы ходили в театр, где-нибудь ужинали, ехали ко мне, занимались любовью. Вернее, - сексом. Я не питала иллюзий. Мне просто было с ним хорошо в постели. Пара оргазмов за ночь ненадолго скрашивали отсутствие настоящих чувств, но это «ненадолго» кончалось ровно к обеду, и начиналась битва моих сердца и разума. ...Я отгоняла мысли о том, что мои веки давно не подрагивают от нежности, как это случалось тогда, когда я влюблялась искренне и бесповоротно. Гораздо комфортнее мне было думать о путешествиях, работе, знакомых людях, но не о любви. Но - не о Доминике. Он был идеальный, прекрасный, но… не родной. Руки совершенно не тянулись к его лицу просто так, без причины,  чтобы прикоснуться… А мысли о ночи с ним были связаны с теми удовольствиями, которые я могла получить и доставить, не более того.

…Несмотря на свой не внушительный возраст, чем дольше живу, тем больше поражаюсь огромной разнице между "заняться сексом" и заняться любовью". - Секс может вмещать себя всё: завоевание, самоутверждение, доказательство, соперничество, узнавание, элементарное желание вдохнуть аромат женского (мужского) тела, почувствовать силу, желанность и многое другое. В результате, как говорится, - "оргазм никто не отменял")), несмотря на то, что факторы, приведшие в постель или на кухонный стол, весьма далеки от любви. И как все меняется, когда из секса это перерастает в любовь. Такое бывает, к счастью. И тогда этот процесс из "занятия" перерастает в таинство, что-то очень личное близкое и родное. Ты знаешь мягкость этой кожи, ты торопишься вдохнуть родной запах, ощутить на себе именно эти руки, никому ничего не доказывая, уже все давно узнав. У вас уже есть "ваши" словечки, ваши песенки, которые только обостряют ощущение близости. и представить себе кого-то другого на месте этого мужчины вам кажется совсем невозможным. ..."После" - вы лежите и тихонько смеетесь - нежно уткнувшись в его плечо, вспоминая как боялись прикоснуться к нему впервые. А он, как мужчина и "по жизни - король", он обнимает вас, прижимая к себе так сильно, так будто решил уберечь от всех неведомых сил, которые могут невзначай нарушить покой этих драгоценных минут. И это сложно назвать объятьем, когда обнимаешь руками, ногами, спутанными кудрями, сбившимся от любви дыханьем... В этот момент не существует ничего, кроме мозаики ваших тел, "аромата любви" и тихого шепота Настоящего с Будущим...

.............................................................................

Тем не менее, я приняла предложение Доминика выйти за него замуж.  И хотя это было решение разума, а не веление сердца, какая-то часть меня до конца не верила и сопротивлялась тому, что я делаю; тому, что я иду против себя. Желая изменить свою жизнь, я совершала радикальные поступки, рубила все мосты, до конца не поняв верной ли дорогой ли я двигаюсь… И хотя казалось, что я все делаю правильно, четкое ощущение противоречия с самой собой накрепко поселилось у меня в душе. Я кидалась из крайности в крайность, из одного желания в другое, в итоге ни одно не доставляло мне радость. Но чего мне действительно хотелось, так это убежать.

…Причем, в  две страны сразу. В одну, которая меня совсем не ждет, но язык, обычаи и традиции, которой мне хочется знать (это - про Францию), - в нее попасть легче всего, взял билет и поехал. А вторая страна... - страна ласковых писем, теплого родного смеха, где талия нужна только для того, чтобы ее обхватывали руки любимого, а губы созданы для поцелуев. Где слово "обещаю" имеет смысл, а если что-то не случается и не клеится, не смотря ни на что, люди честно отходят в сторону и остаются людьми. Туда, где мужчины не изменяют, а жены не желают чужих мужей.  Туда, где влюбляются лишь взаимно, ходят за руки, приглашают друг друга в кино, пьют горячий шоколад и ищут слова, чтобы не проговориться, но дать понять главное. А вечером, поздно вечером, нагулявшись по парку, они едут, обнявшись в метро, и каждый из них знает, что будет дальше... И хотя это лишь верхушка айсберга настоящих отношений, но она самая сладкая, как вишенка на пирожном: бисквит слопаешь, а помнить будешь ягодку. Так уж устроена память – до последнего держаться за хвостик самых сладких ягод и самых дорогих моментов.

...Вот если можно было бы взять билет во вторую страну... Купить там домик с ящиком для почтовых писем на двери, ходить летом на речку, а зимой топить камин. А потом влюбиться в печника, - он будет слать ласковые письма в мой старомодный ящик, смеяться над моей неуклюжестью на кухне, а я - над его незнанием вин. Он будет обнимать меня за талию и утыкаться носом в шею, а я буду медленно поворачиваться, с каждым разом все больше и больше утопая в его глазах, и целовать его до беспамятства. ...Он будет забывать мелочи и помнить о главном, а я, помня о главном, заботиться и о мелочах тоже. А потом мы родим детей и чуть-чуть успокоимся, станем роднее, теплее и ближе, а потом - все равно удерем в кино. И однажды, замотавшись каждый в своем, напишем другу письма, потом позавтракаем вместе в заснеженной кондитерской, закажем вишневый штрудель, я буду любоваться его смешным серым свитером, а он - моими глазами, которые всегда смеются. Он расскажет мне про трудности, и я пойму, я расскажу ему про трудности, и он поймет тоже. К концу штруделя мы поймем, что проблем не было и вовсе, просто мы захотели быть ближе и нашли для этого повод. ...Главное - желать быть ближе и находить счастье в руках любимого, когда он гладит твои волосы на пустынной улице припорошенной снегом, когда он едва касается твоих щек и тает едва коснувшись губ. ...Так, это еще про снег или уже про мужчину? ...Осталось решиться на перемены. Купить билет - это не главное. Главное - не проглядеть печника.

Вселенная очень внимательно слушает и исполняет то, что мы упорно храним в тайниках своего сердца. Только иногда мы перевешиваем таблички - желания разума мы принимаем за шепот души, и, отталкиваясь от неверного посыла и вектора, начинаем мечтать совсем не о том. А Вселенная лишь считывает и исполняет. Так что есть смысл быть честными и с ней, и с собой. 
 - Понимание этой простой истины пришло ко мне позже, а пока что я ломилась сквозь стену внешнего успеха, иллюзорной гармонии в непременно далекой стране. Австрия стала для меня  гарантом счастья, без каких либо на то обязательств с ее стороны. Формула жизни «ХОЧУ, значит - ИМЕЮ» была для меня в тот период наиболее актуальной.

…………………………………………………………………………………………

Я наслаждалась тишиной и спокойствием в горячей ванной, как раздался телефонный звонок. Звонил Доминик… Скорчив недовольно-шутливую рожицу, я взяла трубку. «Дорогая, привет! …Ничего, что так поздно? Только что окончил дела, времени совсем не было. У меня для тебя сюрприз!»... Внутренне напрягшись и рисуя пеной на коленке дурацких зайчиков, я спросила, что за сюрприз. «Ты только не волнуйся, Софи… Я вчера разговаривал о нас со своими родителями, и они готовы с тобой познакомиться. Мы ждем тебя на выходные…». 

Моя правая бровь раздраженно поползла вверх… Это не первый разговор Доминика с родителями относительно наших с ним отношений, и «О, чудо!» - они согласились со мной познакомиться. Перспектива обзавестись русской невесткой их явно не радовала, но ради сына, видимо, они готовы были на все. «Они готовы с тобой познакомиться» - звучит так же, как - «они готовы облагодетельствовать тебя своим королевским вниманием». А я – нет.

- …Милый, мне так приятно… Это действительно большой сюрприз! Но… видишь ли, эти выходные у меня уже распланированы. У меня два платных мастер-класса, оба из которых оплачены вперед. Сегодня четверг, и даже если я верну деньги, то не смогу за день найти себе профессионально равноценную замену. У всех ведь свои планы, понимаешь?

- Софи, малышка, не верю своим ушам! Ты мне отказываешь?... Мои родители тебя так ждут, они уже достали фамильный кофейный сервиз…

-  Доминик, пойми меня правильно. Ничего личного. Чистый бизнес. У меня физически нет времени, чтобы что-то изменить. Сам в этом крутишься, все понимаешь. И потом, сервиз можно достать и через неделю. Как считаешь?

- Детка, не буду скрывать, я огорчен и разочарован. Лично я буду ждать сколько скажешь, но вот родители… так не хочется их огорчать…  Неужели тебя действительно так волнует твоя карьера и самореализация в России? Ведь у тебя здесь, в Австрии, сумасшедшие перспективы. Можешь расслабиться.)

Я начала терять терпение… Избалованный мальчик!... Он понятия не имеет, сколько сил  и времени я потратила на то, чтобы стать «приглашенным специалистом». На то, чтобы моя клиентская база состояла из людей, которые мне доверяют. На то, чтобы мои мастер классы по презентации вина были просты, эффективны и, судя по словам моих учеников, - "незабываемы". Я учу маленькому шоу, а шоу – это искусство.

- Доминик, я все прекрасно понимаю, но хочешь ли понять меня ты? Я не тот человек, который нарушает договоренности и на выходные улетает в Куршевель. И ты это прекрасно знаешь. Было бы не плохо, если бы и твои родители воспринимали меня не только как невестку своего сына, но и как человека, у которого есть своя жизнь, включающая в себя профессиональные планы и обязательства. По крайней мере, пока я в России.

- Вот именно, - «пока»…

- Они будет у меня всегда. С тобой или без тебя.

- ………………..

- Прости. Ты меня сам вынудил... 

- Не думаю. Но не хочу с тобой ссориться. Ты у меня девушка страстная, темпераментная, и если я не буду это сглаживать, так и до развода не далеко». …Доминик постарался отшутиться, но в его голосе звучала плохо скрываемая досада от поражения в нашем диалоге. Еще минуту поболтав о том, что я вся в пене, и что он пропускает миллион пикантных деталей, я положила трубку.

…………………………………………………………………………………………….

Доминик часто думал о Софи. Эта русская девушка его изумляла, будоражила, восхищала. Ему нравилась ее независимость и острота суждений, живость и восприимчивость к новому, здоровая амбициозность и очаровательное пренебрежение к тому, что все считали невозможным. Нравилось ее шелковистое тело; глядя на нее, Доминика зачастую обуревали фантазии, откровенные, прекрасные и бесстыдные. Но одна фантазия ему не поддавалась, будто конкретный файл его сознания был заблокирован. - Он не мог представить Софи матерью его детей. Беременность в отношении ее тела казалась ему противоестественной. Он не мог представить ее нежный светящийся взгляд, наполненный любовью и ожиданием; ее руки, уютно обхватывающие округлившийся живот; ее походку "уточки" в мягких туфлях без каблука, в струящемся платье. Все это было для него «неприменимо» по отношению к Софи. Для него она была скорее «подругой», чем женщиной, способной перевернуть его жизнь. Но это в принципе было невозможно, потому что Доминик слишком боялся полюбить, стать уязвимее и слабее. Даже ради такой, как Софи. Но он считал, что то, что есть у них сейчас – взаимная симпатия и общие интересы, для брака достаточно. Тем более что Софи уже начала оформлять документы на жительство в Австрии. Он тихонько усмехнулся, - эта девушка времени зря не теряет".